Петергоф в 2026 году: цифровизация, кризис реставраторов и борьба за туриста

Организованный туризм умирает – и Петергоф это видит лучше других. Генеральный директор Государственного музея-заповедника Роман Ковриков в интервью “Интерфаксу” описал, как крупнейший российский музей-заповедник адаптируется к новой реальности: индивидуальный турист, цифровые инструменты, хронический дефицит реставраторов и ставка на “возвращаемого посетителя”.

Индивидуальный турист против организованной группы

Рынок меняется быстро. По словам Ковригова, показатель организованного туризма падает буквально по экспоненте.

В последнее время буквально по экспоненте вниз движется показатель организованного туризма. Я думаю, что организованный туризм останется на уровне школьных групп, студентов. Основной туризм станет, конечно же, индивидуальным.

Индивидуальный турист планирует визит заранее, выбирает из множества вариантов и ценит конкретику. Именно под него музей перестраивает коммуникацию, навигацию и цифровые сервисы. Главная метрика успеха для Петергофа сегодня – не количество новых гостей, а доля вернувшихся.

Три ансамбля – три разные аудитории

Петергоф – это не один объект, а несколько территорий с разными характерами. В 2026 году музей последовательно разводит аудиторию по паркам, опираясь на исторически заложенные смыслы каждого ансамбля.

• Парадный Петергоф – уникальная фонтанная система, дворцы, церемониальный масштаб. Сюда едут за “главным” Петергофом.
• Александрия – тихий парк у моря, бывшая дача императоров. Место для семейного отдыха, не требующее культурной программы.
• Ораниенбаум – пространство, связанное с музыкальной историей. Здесь проходят мероприятия – от крупных фестивалей до регулярных камерных событий.

Эффект оказался быстрым. После того как Александрию нанесли на карту и добавили активности в 2026 году, посещаемость парка выросла практически мгновенно. Причем, по словам Ковригова, это заинтересованная посещаемость – люди приезжают и возвращаются.

Сезонность: стереотипы разрушаются

“Петергоф – это только летом” – этот стереотип постепенно уходит. Зимний Нижний парк с застывшими фонтанами и работающими музеями собирает собственную аудиторию. Весенний запуск фонтанов в апреле превратился в городской ритуал – “Петергоф запускает весну в Петербурге”.

Осенний фестиваль фонтанов в 2026 году впервые сделали двухдневным. Тема – Александрия и детство. Летний сезон остается главным по объему, но его логика усложнилась: три месяца насыщенной программы вместо одного пикового периода.

В 2026 году вернулась традиция запуска Большого каскада под музыку. Новшество этого сезона – музыкальное выключение фонтанов. По словам директора, это тоже станет постоянной традицией.

Цифровизация: сначала внутри, потом снаружи

Петергоф перенимает опыт IT-лидеров в автоматизации внутренних процессов. Цель – убрать рутину и высвободить время сотрудников для содержательной работы. На уровне посетителя цифровые инструменты решают бытовые задачи: спланировать маршрут заранее, узнать погоду, найти точки питания, понять, где оставить коляску. Музей берет на себя эту функцию – и считает ее конкурентным преимуществом в борьбе за выбор туриста.

Кадровый кризис в реставрации

Реставрация в Петергофе не останавливается никогда – капитального строительства здесь нет, только работа с объектами культурного наследия. Но с кадрами – катастрофа. Технические специалисты уходят, их школа вымывается.

Сейчас в реставрации находятся сразу несколько крупных объектов:

• Дворец Монплезир – работы рассчитаны примерно на два года, завершение ожидается к 2028 году.
• Дворец Марли – реставрация продлится не менее трех лет из-за сложности водоподводящей системы секториальных прудов.
• Путевой дворец Петра I в Стрельне – деревянный памятник XVIII века. Реставрация завершена, открытие нового музея запланировано на 2027 год.
• Каменное зало в Ораниенбауме – реставрация закончена. Концертный зал заработает в постоянном режиме, в том числе зимой.

Для подготовки кадров музей сотрудничает с ВШЭ, ИТМО, Санкт-Петербургским государственным университетом и СПбГАСУ. Но проблема, по словам Ковригова, остается острой: реставратор – это штучный специалист, школа передается только в живой работе, а не через методики.

Кто работает в Петергофе

За последнее десятилетие средний возраст сотрудников снизился с 60 до 40 лет. Молодежи стало значительно больше. При этом средний стаж работы в музее составляет 50 лет – люди, уходя на пенсию, нередко возвращаются смотрителями. Это не исключение, а норма для Петергофа.